В Петербурге первые изразцовые интерьеры появились в 1710-е годы. С 1720 года плитковая отделка широко использовалась
для декора Зимнего и Летнего дворцов Петра I, его загородных резиденций, домов придворной знати - Ф.М.Апраксина, П.П.Шафирова и более всего дворцов А.Д.Меншикова.
Такое увлечение изразцовой отделкой не случайно, ибо она соединяла в себе важнейшие свойства, отвечавшие требованиям того времени к отделке интерьеров, которая должна была быть утилитарной и декоративной. Привлекала также и гигиеничность этого материала, способного защищать от влажности при сыром климате, но все же самое главное - он был красив и моден.
Бело-синие изразцы в белом лепном орнаменте с позолоченными деталями и шляпками золоченых гвоздей на потолке, в сочетании с большими остекленными окнами впервые в России способствовали созданию необычно светлого и нарядного интерьера, соответствовавшего не только новым требованиям комфорта и гигиены быта, но и стремлению к парадности и блеску. Обильно применялись в декоре зеркала, стекла, золоченый металл, янтарь; и все это сочеталось с нежным сверканием голландских плиток.
Для Меншикова плитки высылались из Голландии.
Так, в письме к Христофору Брандту (посреднику в торговых делах в Амстердаме) Меншиков писал: «Тако же вышлите нам сюда тысяч пятьдесят хороших синих плиток
на убирание палат».
Но дворец отделывался не только привозными изразцами.
Изготовлялись и расписывались плитки также в гончарных мастерских при кирпичных заводах Петербурга и его окрестностей. А.Д.Меншиков, как генерал-губернатор города руководя всеми строительными работами столицы, был одним из главных организаторов этого производства.
Самым значительным в Петербурге был кирпичный завод в Стрельне, на котором работали голландские мастера и художники-керамисты, обучавшие русских гончаров. Одновременно группа русских художников была послана на обучение в Голландию и с 1719 года работала самостоятельно на гончарном дворе в Стрельне. Документы и расходные книги свидетельствуют, что эта гончарная мастерская поставляла в каменные палаты Меншикова тысячи изразцов.
В сложном процессе создания расписных изразцов участвовали гончары и художники-керамисты.
Обычно после обжига плитки на ее поверхность наносился слой жидкой белой эмали. Затем на «подвяленную», но не высохшую эмаль накладывался дырчатый трафарет из плотного картона или бумаги и с помощью порошка древесного угля наносилась основная схема рисунка. Трафареты создавались по гравюрам, рисункам, иногда по произведениям живописи.
После этого намеченный на изразце рисунок прописывал кистью художник-керамист, пользуясь подглазурными красками на основе соединений кобальта.
Роспись велась быстро, полной кистью без сильного нажима, чтобы не повредить слой эмали.
Основной трудностью была невозможность подправки и подчистки рисунка, так как изображение вплавлялось в эмалевый слой.
После росписи плитка покрывалась тончайшим слоем борно-свинцовой глазури и еще раз обжигалась.
С тех пор как был создан плитковый декор дворца, прошло более 260 лет. Стены безусловно претерпели изменения, отдельные изразцы выпали, разбились.
Ремонты и реставрации также вносили перемены. Но на протяжении всего этого времени хозяева дворца стремились сохранить первоначальные изразцы, и они в большей своей части дошли до нашего времени.
Прихожая (предспальня) – в этой небольшой по размерам комнате бело-синие голландские плитки
сочетаются с лепкой и деревом.
Использованы изразцы двух типов: на одних - пасторальные мотивы, на других - пейзажи и бытовые сцены.
Пасторали с изображением пастухов или пастушек на лоне природы расположены в ряд и создают на плоскости стены горизонтальные бело-синие живописные полосы; плитки с пейзажами в круге их обрамляют, выделяя как панно. Плоскости стен завершаются карнизом и плафоном
с лепными профилированными тягами,
которые обрамляют группы изразцов.
Среди других плитковых комнат дворца предспальня выделяется сочетанием фаянсовых плоскостей стен с дубовой обшивкой панелей, дверей, паркетного набора.
Дерево делает интерьер теплым, уютным.
Благодаря сходству рисунка панелей,
профиля филенок дверей,
наличников дверных проемов, лепных тяг, потолка,
все архитектурные и декоративные элементы интерьера объединяются в общую композицию,
создающую впечатление строгости и сдержанности.
Спальня А.Д.Меншикова занимает место между
предспальней и Ореховым кабинетом
в центре восточного ризалита дворца.
Ее расположение рядом с парадной и деловой приемной князя связано с новой западноевропейской модой и этикетом,
в соответствии с которыми спальня обретала значение парадного помещения, имевшего официальный характер.
В таком расположении спальни в какой-то мере отразился происходивший в то время процесс самоутверждения
русского дворянства.
«Кабинетом из прихожей» опись 30-х годов XVIII века называет комнату, находящуюся между предспальней А.Д.Меншикова и «Варвариным покоем».
Ее стены и потолок полностью покрывает голландская плитка. Сверкающий белизной фаянс делает комнату свежей, чистой, живописной.
Основным мотивом изображений на плитках в «кабинете из прихожей» стал архитектурный пейзаж,
создающий на стенах чередование синих и белых полос.
По вертикали плоскости стен разделены на части орнаментальными трехцветными изразцами.
Бордюрная лента из плиток с тем же орнаментом завершает оформление стены и обрамляет строгий по очертаниям лепной декор потолка.
В отделке этого интерьера использованы плитки XVIII, XIX и XX веков, созданные как голландскими, русскими мастерами, так и советскими реставраторами.
Фаянсовые плитки - достаточно хрупкий материал, и различного рода внешние воздействия оказывали большое влияние на их сохранность.
Еще в 1726 году архитектор Готфрид Шедель требовал «для починки в палаты плиток галанских шесть ящиков». В ответе управляющего Ораниенбаумским имением говорилось, что «таких, каких он требует, таких у него не обретается, а есть, да не такие». То был период, когда плитки по образцу голландских в большом количестве создавались на новом кирпичном заводе в Стрельне, и естественно, что запасы ее имели управляющие Меншикова.
Когда в 1740 году во время ремонта потребовались изразцы для замены разбившихся, кладовые были пусты, так как производство их в Петербурге почти прекратилось. Приходилось заимствовать плитки из других комнат дворца или снимать в менее заметных местах стен. В описи о предстоящих «починках» можно прочитать: «В каморе по стенам плитки, которые выпали, выбрав из мест между постаментов, поставить по-прежнему, а в те места прибить желтою фигурною кожею или расписать красками».
За два с лишним столетия девять из тринадцати интерьеров дворца потеряли свой плитковый декор.
В ходе перестроек и приспособления здания для нужд Кадетского корпуса на месте северной стены «кабинета из прихожей» возникла арка, давшая возможность осветить небольшое помещение за нею, которое во времена Меншикова могло быть сенями.
Потолок и стены за аркой получили полностью изразцовую отделку в 80-е годы XIX века, когда во дворце впервые велись реставрационные работы. Во время реставрации было принято решение по возможности сохранить плитковый декор, учитывая его уникальность и историческую ценность.
Поэтому отставшие от стен изразцы укреплялись, разбитые склеивались, перепутанные устанавливались на свои места.
Работы выполнялись печным мастером Добрецовым.
На место недостающих были заказаны в Голландии по образцам XVIII века более пяти тысяч плиток.
Петербургский завод Харламова, встретившись с трудностями нового дела, хотя и брался изготовить плитки, но по цене в три раза более высокой, чем в Голландии.
Почти через 100 лет, в 70-е годы XX века для реставрируемых комнат недостающие плитки были воссозданы ленинградскими керамистами.
Еще в 1950-е годы, когда потребовалось воссоздать плитки для Монплезира в Петергофе, ярославские реставраторы сделали копии с нескольких подлинных плиток Меншиковского дворца.
Для интерьеров Меншиковского дворца было изготовлено более полутора тысяч плиток с подглазурной росписью, что дало возможность завершить реставрацию комнат.
Варварин покой.
Это помещение названо по имени свояченицы А.Д.Меншикова Варвары Михайловны Арсеньевой,
оно замыкало анфиладу комнат восточной половины дворца.
В описи 1732 года значится так: «Один покой Варварин».
Варвара Михайловна Арсеньева, родная сестра жены Меншикова Дарьи Михайловны, имела свой дом на Васильевском острове. Во дворце Меншикова ей были выделены комнаты, которые предваряли детские покои в восточном флигеле, где часть комнат также была отделана изразцами.
Она занималась воспитанием детей, особенно в отсутствие родителей.
«Варварин покой» - наиболее интересный и художественно выразительный изразцовый интерьер дворца.
Ценность интерьера - и в редкой коллекции голландских расписных плиток. В нем использованы все типы плиток, которые вообще представлены в изразцовом декоре Меншиковского дворца.
Размещение плиток по типам подчинено в основном архитектурному решению интерьера.
Плитки, минимально заполненные рисунком, создают белый фон, усиливающий общий мажорный характер интерьера.
К ним относятся изображения амуров, играющих детей, предметов домашнего обихода, пейзажи.
Фаянсовые голландские плитки на стенах «Варвариного покоя» - словно книга с многочисленными иллюстрациями, рассказывающая о Голландии.
В покое представлена также большая группа изразцов, на которых роспись почти полностью занимает поверхность и заключена в круг. Эти плитки образуют пилястры.
Изразцы с изображением одной стоящей фигуры в центре заполняют пространство между пилястрами или являются фоном для объемных филенок.
Здесь же находятся плитки с изображением дельфинов, рыб, морских божеств, архитектурного пейзажа.
Они создают на стенах и потолке живописное чередование бело-синих полос.
Каждая серия изразцов имеет десятки тем и сотни сюжетов.
Живописные качества плиток, тщательность рисунка, тонкость исполнения дают основание сравнивать их с лучшими образцами дельфтского фаянса.
В XVIII веке, в период приспособления дворца
для Кадетского корпуса, была частично разобрана стена,
соединявшая «Варварин покой» со спальней.
Появилась арка, она возникла в связи с закладкой окон восточной и северной стены обоих помещений.
Вынужденное ее появление, как и в «кабинете из прихожей», обеднили и изменили образ одного из лучших плитковых интерьеров петровской эпохи.
Только дошедшая без изменений южная стена с окнами на Неву и подлинный плафон дают представление о первоначальном облике этой комнаты.
Богатый изразцовый декор имела также спальня В.М.Арсеньевой, из которой можно было пройти в детские покои восточного флигеля через дверь,
сохранившуюся в западной стене.
Мода на голландские плитковые интерьеры пришла в Европу из Франции, когда по указу короля Людовика-Солнце
в Версале строился Малый фарфоровый Трианон,
стены которого снаружи были
облицованы голландской плиткой.
В начале XVIII века много дворцов с изразцовыми интерьерами воздвигается в немецких княжествах,
а также во дворце польского короля Августа II Лазенки около Варшавы было также создано два интерьера с плитковым декором - зал Бахуса и зал Венеры.
Русские, и в первую очередь А.Д.Меншиков, вдохновились этими интерьерами. Возможно, не был случайным и тот факт, что плитки на пасторальную тему с одной и той же композицией украсили не только Лазенки, но и дворец Меншикова на Васильевском острове.
Во дворце сохранились
четыре интерьера, стены и потолки которых покрывают 27810 бело-синих расписных керамических плиток, составляющих восемь тематических серий. Бесконечно разнообразны сюжеты этих изразцов, комбинации серий и варианты размещения на стенах и потолках.
 |
|
|
